Снег у нас, второй зазимок. Хороший снег, липкий. А мы ведь строим всегда из снега что-нибудь — снежную рыбу-каплю, сфинкса, истуканов с острова Пасхи, бюст с красивым названием «Поедатель мороженого», снежную машину). Ничего придумывать не стали, сделали себе танк. Танк любой модели строить милое дело, никаких особенных способностей не требуется, только материал подавай, а Фердинанд в особенности. Сделали вот.

«Фердинанд» (нем. Ferdinand) — немецкая тяжёлая самоходно-артиллерийская установка периода Второй мировой войны. Известная всякому танкисту машина. Теперь из снега. Немного пришлось осовременить: сзади стопик, нельзя танкисту без стопика. И фонарь заднего хода. Начнёт отступать Фердинанд, а сзади темно, страшно. А если фонарь заднего вида хода, то оно и ничего.

Снежный Фердинанд — машина небольшая, но быстрая. Раньше.

Вдогонку к синей трубе — синие крыши [Коренной пустыни]. Коренная — очень яркая, фотографии даже выкладывать не хочется, потому что и так ясно: все её уже сняли, наверняка стопицоттыщ снимков в Интернетах. Крыши в комплект к трубе будут: не важно, где снято, главное — хорошие.

Если ехать со стороны Курска в сторону Золотухино, немного не доезжая деревни Щурово будет прямой участок дороги, с хорошим асфальтом и чёткой разметкой. С двух сторон дороги — деревья. Да не простые, а все сплошь белые снизу. Даже сухие.

Километра 2 или 3 такое. Выкрашены как деревья первой линии, так и те, что в глубине посадки. Берёзы встречаются — там вроде не покрашено, берёзы просто аккуратно зачищены от веток до какого-то верхнего уровня, вышло торжественно и необычно. Трудно сказать, откуда этот сюжет взялся и что он может означать. Красиво, кстате.

В принципе, местность там холмистая, много оврагов, складок местности. Но это место имеет некоторые особенности: во-первых, дом, который стоит над местом на фотографии, называют «Рубежевым». Несколько поколений там носит это имя: был дед Рубеж, сейчас — Сашка Рубеж, потом ещё кто-нибудь примет это прозвище. На английском рубеж — Frontier, что какбе намекает и напоминает нам историю: 17 век, украинные поселения, острожки. Если быть откровенным, об острожках в этом месте упоминаний нет, и почему история дала прозвище этому семейству или дому, неизвестно.

Во-вторых, на фото видно: выглядит земляной вал так, словно имеет искусственное происхождение. Возможно, это просто игра природы. Даже на следы окопов не очень похоже, потому что вертикальный, идет вниз склоном бугра, заметно выделяясь весной, когда на нём нет растительности, а кто будет нападать вертикально, склоном горы, никто.

Внутри.

Интерьер что-то очень сильно напоминает, но что именно, не могу вспомнить. Кажется, в центре (черно-белого снимка?) было пианино. Или не было.

Рыба-капля (англ. Blobfish; лат. Psychrolutes marcidus) — глубоководная донная морская рыба семейства Психролютовые. Проживает неподалёку от берегов Австралии, находится под угрозой исчезновения из-за расширения глубоководного рыбного промысла. Единственный выход для рыбы-капли — расширение ареала обитания. Велкам ту Москау, блобфиш! Москау из зе кепитал… Короче, давай к нам, рыба-капля! Забудешь про свой печальный вид, однозначно.

Рыба-капля была замечена ещё ночью. Пряталась, но не сильно.

Раскрыть рыбу-каплю труда не составило. Два штриха, готово дело. А табличка для незнакомых с рыбным миром Австралии была приготовлена ещё ночью.

Снежная рыба-капля в Московском регионе чувствует себя невесело. Но это обычное состояние грустной рыбы из Австралии. Надо будет ей товарку, что ли, соорудить: напротив есть вполне подходящая куча снега, в которой наверняка пара капель скрывается, а может, и более.

Снежный сфинкс, как ни странно, жив, бодр. Из прежнего опыта большого снегостроения известно, что жизнь снеговичка подвергается ежеминутной опасности: оттепели, собаки, дети. Каждый прохожий  стремится проверить скульптуру на прочность: остойчива ли, предусмотрел ли архитектор возможность взаимодействия зрителя с предметом искусства или по старинке лепил, исключительно для эстетических целей, использовал формальный подход и лапидарность стилистики¹.

Снежный сфинкс легко выдерживает 4 детей, вносит в их лексикон слова, связанные с Древним Египтом, обучает их взаимопомощи (вскарабкаться на довольно высокого зверика не так-то просто) и умению не заслонять собой при съёмке подружку. Что-нибудь, да пригодится потом в жизни.

Разумеется, может возникнуть вопрос: а что это только девочки на снимке? Где пацаны-то?

Пацаны при деле. Один сидит у бабушки и занят важным делом: дуется, что ему чипсов не купили. Второй неподалёку, следит, чтоб никто девочкам не мешал кататься на сфинксе. Автомат на шее, спартаковская атрибутика на голове — иди тронь такого.

¹ Я тоже не знаю, что такое лапидарность стилистики.

В московский регион пришло потепление: +1…+2 С, самое время делать снеговиков. Машина снежная уже был, снежные моаи с острова Пасхи были, поедатель мороженого также был, пришло время Сфинкса.

Сфинкс — существо загадочное, непостижимое, образ его в памяти сохранился у всех по-разному. Строителей Сфинкса было три, это заметно.

Голова снежного Сфинкса сильно напоминает моаи. От самого Сфинкса только нос обломанный и остался. И то обломанность какая-то неаутентичная. Есть мнение, что нос как у старика Джузеппе вышел. Такой, алкоголический носик.

Пока двое возились с носом и лапами сфинкса, спорили насчёт их расположения и кривизны боков, третий занимался задней частью. Она причём уже готова была: один из нас уже сделал там кругленький хвостик: именно так в его памяти выглядел сфинкс сзади. Закончили с лапами, пошли вокруг, а оно вон как. Утверждает, что так и у настоящего. Врёт, небось.

Вообще-то было бы лучше снять сфинкса завтра: и огрехи поправить можно бы при свете, и освещение днём куда как качественнее. Но может и не дожить же. Поэтому пусть так висит.

Снимать снежный сфинксов, кстати, лучше на автомате, без ручного баланса белого: выглядит он тогда так, будто сделан из песка.

Помните, как Незнайка на Луне в какой-то момент со своим лунным другом очутился в гостинице под названием «Экономичная»? Видимо, Носов таким образом пытался донести до нас мысль о том, что капитализм всегда пребывает в состоянии перманентного кризиса, локально. Современные экономичные отели в Швеции, естественно, выглядят не настолько комично, но тоже странно.

Например, построили лесной отель, в котором почти все номера находятся в домиках, основное назначение которых изначально было совсем иным. Например, на фоне снижения темпов строительства в ЕС из-за кризиса оказалось невостребованным большое количество произведенных лифтовых кабин.

Немного доработки, и вот уже отдельные гостиничные номера висят на деревьях или индивидуальные сауны. Невостребованные строителями бытовки превратились в более просторные подвесные номера в лесном отеле. Какое основное назначение у этой круглой пирамиды, похожей на водонапорную башню, не написано на сайте отеля. Да это и неважно по большому счету.

Все довольны. Владельцы отеля сэкономили на строительных материалах и работах. Производители кабинок и бытовок смогли успешно реализовать часть залежавшейся продукции. Постояльцы с большими скидками отдыхают в экзотических номерах на свежем воздухе. А фишка главная в чем? В том, что никто при этом не испытывает комплекса неполноценности, а просто продолжают жить.

На фоне демонстративных совещаний Медведева и Обамы, проводимых в закусочных с ассортиментом «фаст фуд», московские аппетиты выглядят просто гигантскими и крикливо богатыми. Погоревший некстати в 2004 году Манеж в центре столицы (в день выборов президента) быстренько решили привести в божеский вид, на что потратили 100 миллионов рублей (хотя обещали уложиться в двадцать три).

Все бы ничего, только воссоздавая строение заново, как говорилось, с использованием старинных технологий производства фермовых перекрытий из клееной древесины (уповалось на то, что первый проектировщик Манежа Бетанкур так придумал), забыли учесть о поддержании необходимого уровня влажности в помещении. Понаставили кондиционеров, а про увлажнители воздуха «забыли».

В результате, спустя пять лет все перекрытия растрескались от сухого воздуха внутри, а заодно по непонятным причинам потрескалось и новое напольное покрытие, хотя конных парадов в Манеже не проводили последние 80 лет ни разу. Нетрудно догадаться, что смета заложенных расходов на полтора года работы составляет 120 миллионов рублей. Поразительно – заново отстроили за сто, а вот косметический ремонт требует ста двадцати (всем на бигмаки хватит теперь).

Лично мне непонятно другое. Изначально Манеж был построен для проведения конных военных парадов к пятилетию победы над Наполеоном в 1817 году. Пять лет назад он сгорел полностью – то есть, то, что было воссоздано, никакой исторической составляющей, привлекательной для туристов, уже не имеет. По правилам международной организации сохранения наследия истории и культуры нельзя даже достраивать памятники архитектуры, которые изначально не были достроены (как дворец в Царицыно).

Кому нужна эта гламурная «конюшня» в центре столицы, где буквально в ста метрах от нее при реконструкции центра сносятся купеческие малоэтажки XVIII века, которые не горели и не перестраивались внешне, которые тоже являются памятниками архитектуры? Остается думать, что это вновь самое любимое наше занятие – деньги отмывать. При этом в городе так и стоит на месте решение программы доступного жилья, с которой, кстати, Путин и шел на те злополучные выборы, в день которых сгорел Манеж.

Строительный рынок как был брошен на произвол взяточников-чиновников, так и остался, стоимость квадратного метра даже за МКАД (60.000 рублей за квадратный метр) никак не назовешь доступной для большинства москвичей, что и продемонстрировал кризис. Желающих улучшить жилищные условия, еще как-то спасает строительство коттеджей в дальнем и среднем Подмосковье. Да и то – при относительно невысокой стоимости предлагаемых коттеджей, далеко не каждый может позволить себе там жить постоянно. Надо же еще и на работу ездить в Москву ежедневно.

Пора бы уже на уровне нового президента Медведева вспомнить об обещанной программе «доступное жилье». Он, ведь либо сам пойдет на вторые выборы, либо уступит место снова Путину, и снова начнут обещать нам «доступное жилье». Ребята, о каком доступном жилье вы говорите, если за четверть миллиарда снова собрались Александровскую конюшню восстанавливать? Сортиры исторические тоже будете восстанавливать будете восстанавливать по десять лямов за штуку? Идиотизм!