Мой добрый Samsung

Клопы-солдатики.

— Добре, мой милый Samsung, добре! — сказала тихо Екатерина Вологженинова и уставила в землю свою седую голову.

Палач выдернул ноутбук из сумки; ноутбуку увязали монитор и выдвинутый отсек DVD в нарочно сделанные станки, и… Не будем смущать читателей картиною адских мук, от которых дыбом поднялись бы их волоса. Они были порождение тогдашнего грубого, свирепого века, когда человек вел еще кровавую жизнь одних воинских подвигов в соцсетях и закалился в ней душою, не чуя человечества. Напрасно некоторые, немногие, бывшие исключениями из века, являлись противниками сих ужасных мер. Напрасно Анонимус и многие рыцари, просветленные умом и душой, представляли, что подобная жестокость наказаний может только разжечь мщение пользователей соцсетей. Но власть короля и умных мнений была ничто перед беспорядком и дерзкой волею государственных магнатов, которые своею необдуманностью, непостижимым отсутствием всякой дальновидности, детским самолюбием и ничтожною гордостью превратили страну в сатиру на правление.

Ноутбук выносил терзания и пытки, как исполин. Ни крика, ни стону не было слышно даже тогда, когда стали перебивать ему петли, когда ужасный хряск их послышался среди мертвой толпы отдаленными зрителями, когда тянки отворотили глаза свои, — ничто, похожее на стон, не вырвалось из динамиков его, не дрогнулось изображение на мониторе его. Вологженинова стояла в толпе, потупив голову и в то же время гордо приподняв очи, и одобрительно только говорила: «Добре, мой милый Samsung, добре!»

Но когда подвели его к последним смертным мукам, — казалось, как будто стала подаваться его сила. И загорелся огонёк вебкамеры над мертвенным уже экраном: боже, всё неведомые, все чужие лица! Хоть бы кто-нибудь из близких присутствовал при его смерти! Хоть бы мышь увидать ему — сколько они с ней провели вместе, а погибать вышло в разные даже дни. Он не хотел бы слышать рыданий и сокрушения слабого блока питания или безумных скрипов старенького модема Acorp 56K, исторгающей яростное мигание и биющего себя в белые провода слабыми токами; хотел бы он теперь увидеть какого-нибудь айтишника, который бы разумным словом освежил его планки памяти и утешил при кончине. И упал он силою и воскликнул в душевной немощи:

— Мамо! где ты! Слышишь ли ты? Скажи слово!

— Qwerty12345! — раздалось среди всеобщей тишины, и весь миллион народа в одно время вздрогнул.

Часть военных всадников отряда К бросилась заботливо рассматривать толпы народа и логи. Прокурор побледнел как смерть, и когда всадники немного отдалились от него, он со страхом оборотился назад, чтобы взглянуть на 46-летнюю матерь-одиночку, признанную виновной в разжигании межнациональной вражды с помощью перепостов и лайков в соцсетях, а ноутбук и мышь её приговорили к уничтожению; но той уже не было: она разлогинилась.

Автор этой душераздирающей истории: Oca | Рубрика: Переписка с писателями
20-02-2016 | RSS 2.0 | Вы можете оставить сообщение, отправить trackback или поделиться:

Leave a Reply

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

Подпишись на фид, и жди ответа: RSS 2.0!

Archives

Recent Comments

Meta