Депрессия русской деревни (часть 3)

В Гражданской войне крестьяне понесли двойной урон, что неизбежно, когда военные действия проходят не просто в твоей стране, а по несколько раз проходят по твоей пашне, по твоему селу. Житель Москвы или Петрограда голодал, но в городах можно было найти хоть какую-то работу, хоть как-то изыскать возможности к пропитанию.

В деревне же, даже если ты успел засеять пшеницу весной на своем поле, то либо ее потопчут (сожгут) в процессе летних боевых действий, либо просто отберут, если ты успеешь относительно успешно вырастить и собрать урожай. И куда податься крестьянину в такой обстановке? А грабили, по свидетельствам современников той эпохи, все одинаково жестко и полностью — и белые, и красные, и серо-буро-малиновые…

Советский строй был основан на союзе рабочих и беднейших крестьян. Понятно поэтому, что тотчас после Октября Советская власть поставила вопрос об улучшении положения крестьян и об оздоровлении их жизни. Тотчас после Октября был издан закон о возвращении крестьянам той земли, которую отняли у них, как считалось, помещики. Если внимательно изучать историю начала ХХ века (первые дореволюционные 15 лет), становится очевидным, что никто у крестьян землю не отнимал. Это просто было вне Закона Российской империи. Наоборот, крестьян наделяли после реформы 1906 года землей, на льготных условиях кредитовали развитие их хозяйств при переселении по программе Столыпина. Но не все справились с этой задачей и землю продавали в итоге. Таким образом мы можем назвать буржуем любого, кому продадим автомобиль, дом или дачу. Однако, не в понятиях суть — главное было очевидным — крестьяне от революции и войны пострадали сильнее всего.

Сразу после Октября не удалось приступить к оздоровлению крестьянской жизни. Гражданская война, голод, эпидемии, разруха — все это не давало приступить планомерно к оздоровлению села; и лишь по окончании гражданской войны и началом мирного строительства стало возможным проводить широкие мероприятия по оздоровлению крестьянского населения. Прежде всего, нужно было оздоровить условия, обстановку жизни крестьян. Началось широкое жилищное строительство на деревне: вместо старых землянок, топившихся «по черному», переполненных людьми и домашними животными, стали строиться новые, светлые, чистые, сухие и теплые избы. Стали улучшать колодцы, рыть новые, а жилище и вода — главное условие здоровья человека. Стали всюду по деревням (через больницы, школы, избы-читальни, выставки, доклады, беседы) рассказывать крестьянству, как нужно оздоровить свою жизнь. Все медработники на селе обязаны были проводить и лекционную работу по санитарии быта крестьянина, как ему устроить светлую, здоровую, человеческую жизнь.

С точки зрения политэкономики, большевики не сделали ничего архи ужасного в том, что осуществили в России революционный передел собственности и изменили условия и правила игры в распределении прибыли. То, чем стала экономика СССР после окончания реформ Сталина, даже имеет свое название — государственный капитализм, вместо большого количества капиталистов в СССР был один единственный мега капиталист государство. Я это к тому клоню, что даже если бы у нас не было репрессий, уголовного преследования за тунеядство и инакомыслие, и прочих мерзостей, те же крестьяне все равно бы земли не имели, рабочие бы все равно не имели заводов и все вместе не были бы хозяевами недр. Государственный капитализм не подразумевает желания делиться собственностью с наемными работниками, которыми были в СССР все граждане поголовно.

Но вот ведь в чем заключается другая проблема. По сути народ на годы индустриализации после отмены НЭП буквально посадили на баланду, тотально посадили на баланду. И даже крестьянин не имел возможности не только продать излишки урожая, но и себе на пропитание мог оставить ровно столько, сколько было установлено нормативами — все остальное забирало государство. Обращали внимание, насколько популярны японские суши? А знаете, что это традиционная японская кухня бедняков, которым только море давало бесплатную еду, рис они выращивали сами, а ветви деревьев давали бесплатные столовые приборы. А вот то, что ели советские крестьяне даже не в голодные отнюдь годы, нельзя назвать едой бедняков, это была еда полурабов, которым даже продукты полагались по нормативам государства. И было от чего советским крестьянам впасть в депрессию и после принять навязанные Советской властью правила игры, особенно после голодомора 1931-32-го годов.

Автор этой душераздирающей истории: beekeeper | Рубрика: Ничего личного
03-07-2011 | RSS 2.0 | Вы можете оставить сообщение, отправить trackback или поделиться:

4 отстрелялись. Желаешь попробовать? »

  1. Ольга says:

    Бабушка рассказывала…
    Мои предки со стороны отца из тульской деревни, которая существовала много веков – село Спасское Плавского района. В конце XX века это село перестало существовать, как и тысячи других. Урбанизация, укрупнение и прочие процессы, всё это описано в литературе и публицистике многократно. Разумом понятно всё, но больно оттого, что перед самым крахом деревни, в 80-е годы крестьяне только зажили, только вздохнули, только оправились после войны. Не смотрели позавчера фильм Андрея Кончаловского “История Аси Клячкиной, которая любила да не вышла замуж”? там всё настоящее, и люди, уже воспрядшие духом, но материально еще нищие, бедные. Уже нет там депрессии, хотя нищета жуткая. бабушка рассказывала, что были времена, когда налог собирали с каждой яблони, с каждого куста смородины. Люди до войны вырубили сады – так как в случае неурожая отдавать было нечего. А еще она рассказывала – в 30-е годы она в колхозе видела молотилку, вместо досок, на которых кладут зерно там использовалась часть иконы Божьей матери. Получается, лошадь крутила колесо, а молотьба происходила прямо на лике. Более крепких досок в колхозе не нашлось. Ей тогда было лет 7. Рассказывала она об этом с ужасом. А в 80-е – крестьяне зажили совсем хорошо. В деревнях была своя интеллигенция – врачи, библиотекари, учителя. И …. Все исчезло, как буд-то ничего не было. Пока я училась в институуте, выходила замуж, рожала детей, прошло 10 лет, я приехала – пусто. Народ уехал в Москву, Тулу. Соседняя деревня, Озерки, осталась, но спилась. Так уж лучше в город…

    • Shimus says:

      Безусловно, крестьянин не особо любил пребывать в депрессивном состоянии, как любой нормальный человек. Не имея возможности реализации себя на земле, он во все времена традиционно тянулся в город. Нынешние времена – не исключение, да и городов стало больше, появились мегаполисы, где всегда заработаешь на прокорм семьи.

      Но вот в чем дело. Сегодня не существует ограничений на перемещение по стране в поисках заработка и лучшей доли. Его не было и в поздние годы правления КПСС – отчасти и по этой причине крестьяне стали более зажиточными – те, кто успешно нашел работу в городе. А вот с началом первой пятилетки и аж до самой хрущевской оттепели конца пятидесятых – советский колхозник даже не имел свободы переселиться в город без специального разрешения. Все осуществлялось планово – по разнарядкам набора рабочей силы на стройки, заводы, фабрики.

      • Oca says:

        “Не имея возможности реализации себя на земле, он во все времена традиционно тянулся в город”.

        Это о каком-то отдельно крестьянине [не имеющем возможности реализации себя на земле] или же обо всех сразу?

        • Ольга says:

          Кто традиционно тянулся, а кто традиционно хотел остаться. У моего прадеда было 7 братьев. Все 7 еще в 50-е, 60-е переехали в столицу. Мой Алексей Филиппович уперся – никуда не поеду. А потом колхоз укрупнили, работы не стало, надо было переезжать в другую деревню. А зачем чужая деревня за 10 км от родной? Лучше в город…
          Так что про традиционно – есть более консервативные, а есть легкие на подъем

Leave a Reply

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

Подпишись на фид, и жди ответа: RSS 2.0!

Archives

Recent Comments

Meta