Музу отдам за дворянство

Афанасий Фет. Портрет работы Ильи Репина (фрагмент)

Предыдущую часть читайте здесь.

В 1860 году на деньги, полученные в приданое жены (М.П. Боткиной), Фет покупает во Мценском уезде степное имение Степановка (по словам Тургенева, «жирный блин и на нём шиш»), окончательно порывает с литературой и посвящает себя восстановлению разрушенного хозяйства, в чем преуспевает.

Однако морального удовлетворения фермерские успехи не приносят. Шелест фамилии Шеншин по-прежнему не дает новоиспеченному землевладельцу покоя, тем более что перед глазами эффектные пиар-акции близкого друга ГРАФА Льва Толстого, запросто косящего траву или направляющего свои труды по борозде вослед впряженной в плуг лошади, и всё это, заметим, босиком.

В 1873 году Фет обратился с письмом к царю, испрашивая возвращения себе утраченных в отрочестве фамилии и статуса. 23 декабря Александр II подписал вожделенное разрешение принять «…фамилию ротмистра Афанасия Неофитовича Шеншина и вступить во все права и преимущества его по роду и наследию». Так появился русский помещик, дворянин Афанасий Афанасьевич Шеншин, так окончательно лишился шансов на раскрутку поэтический брэнд «Фет». «Награда» нашла героя. А тем временем его невостребованная муза состарилась и подурнела. Вялые попытки ПОЭТА Фета «тряхнуть стариной» были встречены даже друзьями-литераторами (теми же Толстым и Тургеневым) без энтузиазма — такое это было «не то». Фет и сам понимал, что не стоит вымучивать собственную ипостась, которой в течение стольких лет пренебрегал. Второе пришествие Фета в поэзию не состоялось, и он, лишенный смысла жить, захандрил.

В 1877 году была продана наводящая тоску Степановка и приобретено имение Воробьёвка в Курской губернии, но и перемена мест тоску не развеяла. Так нередко бывает, когда человек неосознанно меняет сладкий дым вдохновения на дым позитивной социальной иерархической представленности. Определен, следовательно ограничен. Умер Фет в 1892 году, пребывая в весьма подавленном расположении духа. Похоронен он, согласно его завещанию, всё в том же Клейменово, в фамильном склепе, рядом со своим двоюродным дедом Василием Петровичем Шеншиным, отчимом Афанасием Неофитовичем и матушкой Елизаветой Петровной (такое имя приняла Шарлотта в православии) Шеншиными.

«Раскрутка» поэта, озабоченного лишь своим социальным позиционированием, не состоялась, но это не умаляет гениальности написанных Фетом строк:
Шёпот. Робкое дыханье.
Трели соловья.
Серебро и колыханье
Сонного ручья.

Свет ночной. Ночные тени,
Тени без конца.
Ряд волшебных изменений
Милого лица.

В дымных тучках пурпур розы,
Отблеск янтаря,
И лобзания, и слёзы,
И заря, заря!..

Константин АНДРЕЕВ

Автор этой душераздирающей истории: beekeeper | Рубрика: Архивариус, Культура и искусство
12-01-2011 | RSS 2.0 | Вы можете оставить сообщение, отправить trackback или поделиться:

Leave a Reply

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

Подпишись на фид, и жди ответа: RSS 2.0!

Archives

Recent Comments

Meta