Солдатик

В музее боевой и трудовой славы

Я не рассказывал про одно захоронение военных ещё лет? Как в деревне Юдино поисковики к деду пришли, а дед нормальных военных лет, при памяти. Деревня глухая, человек, может, пять и осталось, тихо-тихо кругом. Дед на лавке сидит, собачку свою поглаживает, на солнце щурится: правду люди говорят, есть у меня в саду могилка. Солдатик там лежит, с 41-го ещё, да.

Его недалеко убили, а мы его с матерью потихонь схоронили в саду у нас. Лежит, и холмик сверху. Я всегда 9 мая приду к солдатику, ему рюмочку налью, сам выпью. Поговорим с ним, расскажу ему всё подробно, чего делается. Поплачем вместе, посмеёмся, вроде и легче стало.

Поисковики говорят: дедуш, давайте мы его поднимем и перезахороним к боевым товарищам. При нём, может, медальон есть солдатский, родственники вдруг живые. Им радостно будет, родственникам.

Пойдёмте, говорит, покажу. Он в саду у меня, за домом.

Встали. Лопаты дед увидел, и в слёзы.

Заберёте солдата от меня, что я тут один буду делать? Все-то кто куда, разошлись, разбежались; кого Господь прибрал, кто сам уехал — даже и поговорить не с кем будет. Не отдам солдатика! Пусть лежит, ему хорошо у меня, тут и яблоки в саду, и вишни как цветут весной — очень цветут!

НН говорит: мы утешать его, лопаты убрали, не будем ничего копать. Пусть лежит, конечно. Края тут тихие, оно, может, так и лучше.

Еле утешили.

Посидел дед, помолчал, потом говорит: ладно. Я что подумал-то. Мне немного осталось. Как помру, кто с ним разговаривать будет? Ему к своим надо, где все его ребята лежат. Пойдёмте, пошлите.

Пошли.
Холмик.
Стали рыть.
Нету.

Дед волнуется: ну точно помню, вон и яблоня старая, она тогда уже была, а вот слива, это нонешнее уже всё; здесь, здесь он; левее давайте возьмём.

Взяли левее. Нету.
Правее. Пусто.
Дед ходит, охает.

НН говорит: ладно, дедуш, всё понятно. Не хочет он от тебя уходить. Пусть лежит, где лежится. Тут ему хорошо, значит.

Так, говорит, часто бывает. Вроде всё совпадает, все приметы, металлоискатель звенит, а пусто. Не то мистика, не то так и надо. Мы, говорит, в таких случаях, не копаем дальше. Не хочет уходить, значит. Ну, ладно.

Я не рассказывал про НН — Надежду Николаевну? Был я в гостях у неё в музее — она там заведует боевой и трудовой славой небольшого города. Она мне много рассказала всего, ну, сколько там за час можно рассказать. Это вот, например.
В 2003-м они подняли и перезахоронили больше ста человек. А так каждый год — 70-80.

Автор этой душераздирающей истории: Oca | Рубрика: Нравы Северных Народов
10-07-2009 | RSS 2.0 | Вы можете оставить сообщение, отправить trackback или поделиться:

Leave a Reply

Пожалуйста, не надо спама, сайт модерируется.

Подпишись на фид, и жди ответа: RSS 2.0!

Archives

Recent Comments

Meta