
Змеев в детстве я запускал мало, и летели они по большей части невысоко. Сделанные по лучшим методическим указаниям и в точности следующие рассказам опытных змееделов, они имели выверенный баланс всех частей. Тщательно подобранные дранки, бумаги и хвосты делали конструкцию очень похожей на летательный аппарат. Да что говорить — воздушные змеи были практически неотличимы от картинки в «Юном Технике». За одним исключением: они не летали.

Прекрасно помню то время, когда мы с моим другом и партнером где-то в 1995 году отправились прицениться на новый компьютер. Пришли в достаточно дорогой компьютерный магазин (три точки по Москве, значит, уже считался сетевым) на ленинском проспекте. Продавец-консультант, смерив взглядом наши имиджные составляющие, сразу взял тон «через губу» с видом чрезвычайной занятости, словом, так разговаривал, будто не он приехал сюда из деревни, а мы с другом.

Вообще, насколько я помню из прочитанного о Буддизме, для исправления Кармы (нынешних обстоятельств жизни и заданий с ними связанных в данном воплощении на Земле) человеку позволительно и желательно на протяжении жизненного пути чаще выполнять дхармические дела (дхарма – путь благочестия, выполнения долга приводящие к изменению кармы в следующей реинкарнации). Однако, люди все хотят получить и исправить проблемы здесь и сейчас. На таких людях другие люди, как правило, зарабатывают денежки, обещая им быстрое изменение объективной реальности.

Вчера вечером в Москве проходил VI фестиваль фейерверков. В этом году, чтобы дать возиожность насладиться этим красочным зрелищем всем желающим, выбрали достаточно вместительную площадку на Северо-Западе Москвы – знаменитый аэродром в Тушино.

Достаточно часто, бывая в крупных торговых центрах, подмечаю незаметно мелькающих людей в спецодежде, занятых преимущественно уборкой. Если вглядываться в лица, понимаешь – таджики (реже встречается «тоджик»), хотя и по позам уже отличаю их. Странный народ, имеющий историю не меньше чем китайцы, народ, ассимилировавший и в навязанном Исламе, но не принявший его; и в новых глобалистских веяниях до сих пор держащийся за тростинку.