
Странное, кстати, было время — уже началась вторая чеченская компания, причем, уже было близко поражение боевиков. В Москве и других городах спецслужбы готовились к террористическим атакам, вернее, заявляли, что готовятся.

Все в нашей жизни обратимо, но до поры. У меня есть друг, который никогда не любил ограничения габаритов, которые ему мешали. Причем, он четко разделял приемлимые для себя ограничения, которых не только придерживался сам, но и призывал других, порой навязчиво. А неприемлимые для себя ограничения он пытался игнорировать, не всегда убедительно аргументируя свою позицию.

У меня традиционно сложное отношение к произведениям искусства, которые ни эстетически не задевают меня, ни практически едва ли применимы. Когда смотришь, например, на мебель от американского скульптора Фореста Варден Майерса, как то становится не по себе. Непонятен смысл этих творений — сидеть неудобно, смотреть не на что.